пятница, 15 мая 2015 г.

Начало прочтения


             Посвящаю разумности своих детей,

внуков и последующих...



Ещё одно, последнее сказанье -
И летопись окончена моя.
Исполнен долг, завещанный от бога
Мне грешному. Недаром много лет
Свидетелем господь меня поставил
И книжному искусству вразумил...
--------------------
На старости я сызнова живу,
Минувшее проходит предо мною -
Давно ль оно неслось, событий полно,
Волнуяся, как море-окиян?

Теперь оно безмолвно и спокойно,
Не много лиц мне память сохранила,
Не много слов доходят до меня,
А прочее погибло невозвратно...
-------------------
Но близок день, лампада догорает...




-----------------------------------------------------------------------------------------------------


                                                                  Не жалею, не зову, не плачу.    
                                                                  Всё пройдёт, как с белых яблонь дым.
                                                                  Увяданья золотом  охвачен
                                                                   Я не буду больше молодым…                  
   
          «Всё течёт, всё меняется» (Героклит). Вот и у меня дотекло и доменялось уже до 83.  Присягал я ещё Сталину. Довелось пожить в трёх формациях нашей России: в беспрецедентной социалистической сталинской, в десталинизируемой и в сегодняшней капиталистической. И ещё - в осколке России – Украине. Конечно, за долгую эту жизнь набрался и впечатлений, и пищи для осмыслений…  С годами, к старости, наступает момент, когда человек глубже чем разумом, всем организмом, понимает, что впереди ничего уже не светит, что «впереди» уже делается не его и что остаётся с ним только прошлое. И тогда оглядываться назад и кое-что подсчитать там, становится такой же естественной потребностью, как молодым просчитывать наперёд. И меня, оглядывающегося,  потянуло святою обязанностью помянуть  добрым словом и своих родных, и предков. Их давно  уже нет, но с каждым годом они становятся мне всё понятнее и всё ближе.Сейчас среди живущих я, только один, помню и знаю о них хоть что-то. Более того – они всегда во мне. В моем характере,  в образе жизни, в осмыслениях, в отношениях к людям, к работе, к искусствам, в оценках событий. Я часто говорю их репликами, пословицами, поговорками, афоризмами. Жили они на той же земле, где живем и мы. Но в разных эпохах и в разных государственных образованиях. Были людьми они, конечно, разными. Разных возрастов, разного образования, разных профессий. Но схожими в своей русской человеческой естественности. Трудились, растили детей, сторонились афер, не воровали. Не были ни набожными, ни суеверными. Церковь не посещали, у бога ничего не просили. Да, и вообще, о нём в семьях не упоминалось.  Ни я, ни моя родная сестра так же, как двоюродные и троюродные братья и сестры, крещены не были. Да и тема эта никогда не оговаривалась. Думаю, не только из-за  практической ненадобности, но и благодаря цельности, нераздвоенности сознания у бабушек, дедушек, у их детей. Оба дедушки никак не участвовали в кровавых революциях и в братоубийственной Гражданской войне. Хотя по возрасту и здоровью вполне для этого были годны. Никто из предков не работал в репрессировавших органах. И никого у нас не репрессировали. Командовать, помыкать людьми не стремились и не хотели. В войну просто защищали нашу Родину, как могли. Восемь человек, родных мне по крови, в боях погибли. Дезертиров у нас не было, в плен не сдавались. В партии большевиков состоял с конца двадцатых годов только мой отец – красный командир.  И к властям, и к обстоятельствам  приспосабливались трудом и здравым мышлением. Это - хорошее человеческое свойство, достойное подражания. Вместе с ними  83 года назад начал жить и я. Они ушли раньше меня, в разное время, при разных обстоятельствах. Но, как я уже сказал, живут во мне. Живут в моей памяти, пока живу я. И  я этими записками попытался выполнить свой святой долг и потребность вспомнить и зафиксировать ушедших по рангу и именам. Я  хотел - только о них, предельно коротко и ёмко, и только для семейного пользования. Хотел представить их живыми людьми, какими их понял, какими они мне запомнились. Ничего грандиозного писать не собирался. Но правы французы – «Аппетит приходит во время еды». Прошлое захватило. И в процессе изложения я не стал сдерживать ни руку, ни потребности высказаться пошире. Высказался…
    Записки эти – не диссертация по заданной теме. Здесь нет изысканий и разработок. Здесь только то, что накопилось во мне. Как в бесхитростной старогерманской пословице: «Что в кувшин вольёшь, то из него и выльешь». Я принципиально не пользовался ни справочниками, ни компьютерным поисковиком, не заглядывал в первоисточники. Я не обращался за помощью ни к корректорам, ни к литобработчикам. Все цитаты, стихи, песни, факты, цифры, даты, приведённые в записках, да и лексика – органические составляющие моей личности. Здесь мои осмысления виденного, прожитого, и пережитого. Осмысления мировоззрением маленького офицера Советской Армии. А мои мнения, мои понятия часто не совпадают, больше того – противоречат общепринятым сегодняшним воззрениям на литературу, искусство, гуманизм, на известных личностей, на образование. И конечно, на историю. Считается, что нет абсолютной истины. Да, у каждого – своя, что этому каждому поприемлемей. Так и государственная идеология – что поприемлемей государственной системе и выдвигаемой ею власти. А государство у нас и власть – капиталистические.  Значит, и идеология – капиталистическая. И задача этой идеологии - внушить нам, что в постсоветском капитализме «жить стало лучше, жить стало веселее». Чем, конечно, при сталинском социализме. (В кавычках - слова Сталина при подытоживании первых результатов строящего социализма, в конце 30-х годов). Но уровнем жизни, оздоровления, образования и защищённости граждан реально подтвердить это у капитализма не получается.  Поэтому сегодняшней идеологией замазывается зловещей краской наше прошлое, светлое и героическое, сталинское, советское. Нам беспардонно врут о «кровавом сталинском режиме», о людоедских репрессиях, о бедствиях и страданиях наших дедов и отцов. Врут, чтобы мы не знали, что была в нашей России государственная система для простых трудящихся посветлее капитализма, Но я – не во власти. И не внушаем. Для меня абсолютная истина – что видел и как пожил сам. Я – сам по себе. Не состою, не выступаю, не протестую, не призываю, в колоннах не марширую. Я созерцаю, но не бездумно. И если как-то и выражаю своё, то вот в такой тихой камерной обстановке.
        Пишется медленно.  Отвлекает повседневность, изымает время и силы. А я продолжаю жить не по годам активной и интересной жизнью. И вырвать себя сознательно из этой жизни, даже ради мемуаров, мне представляется самоубийством, противоестественным. Но написалось уже две части. Свободно болтаются они в интернете. Пару десятков экземпляров самиздатом отпечатываю  для своих, в бумаге. И продолжу, сколько получится... Как в таких случаях делал письменные оговорки Л. Н. Толстой - « е. б. ж.». (В расшифровке - « Если буду жить»).Часть этих записок написана, когда мы, Крым, ещё проживали под галицийским игом. Поэтому в них и суждения о той стране проживания, нам чуждой, соответствующие. Поправлять не стал, оставил, как написано.  
         Где-то слышал, что 2,5 тыс лет назад древний грек, построивший Акрополь, в уголку его стены написал: «Сделал, как мог. А кто может, пусть сделает лучше». Вот так и я – сделал, как мог. А кто может – пусть расскажет лучше. Расскажет энциклопедию моего века. Было бы полезно…


       



Комментариев нет:

Отправить комментарий